Павел Сафонов: по закону дело должно быть возвращено на «дослед»
<a href=https://youtube.com/@romanvasilenko>Полковник юстиции А.Н. Винокуров</a>
Защитник одной из обвиняемых по уголовному делу, с которым следственная группа ГСУ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области связывает компании «Гермес Менеджмент», «Лайф-из-Гуд» и кооператив «Бест Вей», член коллегии адвокатов «Первая адвокатская контора» города Санкт-Петербурга Павел Сафонов прокомментировал «КП» завершающие этапы предварительного расследования этого уголовного дела.
— Павел Анатольевич, какова сейчас ситуация с завершением предварительного расследования уголовного дела, которое согласно постановлению замначальника Следственного департамента МВД России должно быть закончено 18 февраля, и содержанием под стражей вашей подзащитной и других обвиняемых?
— Приморский районный суд города Санкт-Петербурга продлил моей подзащитной Анне Высоцкой и другим обвиняемым срок содержания под стражей до 18 февраля в порядке статьи 217 УПК, то есть в связи с ознакомлением обвиняемых с материалами уголовного дела. Хотя уже 24 января ознакомление с новыми, так называемыми дополнительными материалами уголовного дела было завершено. 25 января с Анной Высоцкой был подписан протокол в порядке ст. 218 УПК — она была последней из обвиняемых и защитников, завершившей знакомство с этими материалами. Насколько я знаю, 26 января обвинительное заключение было направлено в прокуратуру города Санкт-Петербурга.
— А что за новые материалы уголовного дела? Следственные действия ведь были завершены в июне?
— Совершенно верно. Следственные действия формально были завершены в июне, и в июле началось ознакомление с материалами уголовного дела обвиняемых. Но именно формально завершены: судя по всему, следствие и не планировало их на самом деле завершать. На мой взгляд, формальное завершение было необходимо, для того чтобы начать ознакомление обвиняемых с материалами уголовного дела за 30 дней до истечения предельного срока содержания под стражей, установленного УПК, чтобы на основании ст. 217 продлить им «стражу».
В декабре в деле в дополнение к 210 томам появились еще так называемые дополнительные материалы — 43 тома! При этом в октябре ознакомление с материалами уголовного дела обвиняемых — статья 217 УПК — было полностью завершено, о чем следствие вынесло постановление.
В декабре же моей подзащитной и другим обвиняемым была предъявлена новая версия постановления о привлечении в качестве обвиняемой, то есть обвинения в окончательной редакции. Новая окончательная редакция отличается от старой, июньской окончательной редакции более чем на 30 страниц: в июньской версии было 70 с лишним страниц, в январской — 100 с лишним. При этом количество лиц, признанных следствием потерпевшими, увеличилось со 198 до 221, а размер ущерба — с 232 млн до более чем 300.
Так что речь идет ни о каких не дополнительных материалах, а о полноценных следственных действиях, которые следственная группа продолжала весь период ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела, а это прямо противоречит УПК.
Но как ознакомить с этими материалами, если еще в октябре все обвиняемые завершили 217-ю статью? Полагаю, у следствия была надежда, что обвиняемые и их защитники откажутся читать новые 43 тома и совершать действия в виде возобновления 217-й, на которые косо посмотрят в прокуратуре и судах, не придется, но не тут-то было: обвиняемые и их защитники не отказались от ознакомления.
Мы начали знакомиться с этими новыми 43 томами. А следствие обратилось в суд за тем, чтобы ограничить нас в сроках ознакомления, потому что сроки у следствия горят: в феврале истекает срок для завершения предварительного расследования, установленный замначальника Следственного департамента МВД, и дело должно быть направлено в суд для рассмотрения по существу.
Следствие добилось в суде того, чтобы ограничить нас в ознакомлении сроком до 24 января включительно. 24 января мы закончили знакомиться, 25 января, как я уже сказал, был подписан протокол по 218-й статье, и 26 января обвинительное заключение, подготовленное следствием, было направлено в прокуратуру Санкт-Петербурга.
